Кор, брат Вэрки (miiir) wrote,
Кор, брат Вэрки
miiir

  • Mood:
  • Music:

"Три поросёнка": скандинавская и славянская версии.

kent

Via: carolinknekt ex 1

Прядь о Нафи сыне Хрекира
(из саги о Свиннлауге Свиной Печени)


Был некто по имени Хрекир из Хаврефьорда. Его отца звали Хрюки Свиное Рыло, он приходился племянником Свейну сыну Сверкера Свиньи, который прибыл в Исландию вместе с людьми Гудмунда сына Гудлейфа, а раньше  жил на хуторе Свинторп в Норвегии. Но о нем ничего не говорится в этой саге.

Когда Хрекир умер от колики в кишках, его крепкий дом в Хаврефьорде достался старшему сыну по имени Нафи. У Нафи было два сводных брата, Нифи и Нуфи, которых Хрекир прижил с рабыней по имени Свиндис.

Жил в Хауге берсерк Ульв Серые Штаны. Нрава он был вздорного, и говорили, будто он оборотень. Он убил и съел родную бабку Астрид Красное Покрывало, когда та лежала в горячке, а сама Астрид ушла искать овец, и был за это на альтинге изгнан из страны, но уезжать не захотел. Когда на него нашло, он явился на хутор Нифгард, где жил Нифи, приблизился к его землянке, крытой соломой, и сказал: «Выходи, Нифи, будем биться!»

Но Нифи знал, что берсерки нечестны в драке, и отвечал: «Нет у меня охоты с тобой биться, Ульф, ступай своей дорогой». Тогда Ульф подул с такой силой, что сдул солому с землянки и спрыгнул вниз. «Ну а теперь охота появилась?» «Появилась охота померяться с тобой, кто быстрее бегает» - засмеялся Нифи и бросился бежать. Он бегал быстро, и когда добежал до Хаврефьорда, то  попросил у Нафи дать ему убежище. «Я впущу тебя, Нифи, - отвечал Нафи, - потому что камень крепче соломы, а ты мне сводный брат».

Ульф не стал преследовать Нифи, потому что рядом был хутор Нуфгард, где жил брат Нифи по имени Нуфи. О том, как этот Нуфи  был убит у залива Скьяфанди, говорится в «Саге о Торде сыне Тормода». Землянка Нуфи была покрыта хворостом, а сверху была прикреплена конская голова. «Выходи, Нуфи, не будь такой же бабой, как твой брат Нифи!» - сказал Ульф и начал дуть. «Не пускай ветры, Ульф, и не больно-то похваляйся, - сказал Нуфи. -  А ступай отсюда по-хорошему!» Ульф тогда дунул так, что разметал весь хворост с крыши и спрыгнул в землянку, но поскользнулся на плоском камне, а Нуфи вскочил на коня и помчался к брату в Хаврефьорд. Он еще не знал, что как все обернулось для Нифи.

Нафи и Нифи, увидя Нуфи, впустили его и стали точить копья, зная, что Ульф теперь будет искать их, и тут они как раз сумеют с ним расквитаться.

Когда Ульф Серые Штаны явился в Хаврефьорд, уже стемнело, но он видел в темноте, как все берсерки, и разглядел, что дом у Нафи крепкий. Тогда он нарядился в овчину, как ходят батраки, и постучал в дверь. «Кто там?» - спросил Нафи. «Открой, Нафи, я Бергльот Беззубый», - прошамкал Ульф. В это время мимо проходил Торбъёрн Щука, сын Торлейва сына Тюри, и крикнул: «Зубов у него точно нет, одни клыки!». «Напрасно ты это сказал!» - отвечал Ульф и отрубил Торбьёрну Щуке голову. «Будь ты проклят, Ульф!» - сказал Нафи из-за двери. Тогда Ульф залез на крышу дома Нафи и заглянул в дымник. - «Не кипятись, Нафи, - сказал он. - Дай я тебя успокою!». «Я-то не буду кипятиться, зато ты сейчас будешь!» - отвечал ему Нафи, и братья копьями зацепили Ульфа, втащили в дом через дымник и, бросив в чан с кипящей водой для пива, что стоял на очаге, закрыли крышкой.

Говорили, что Ульф из-под крышки сказал вису, но в этой саге ее нет.
Нафи утром поехал на поле тинга и сказал все, как было.
На этом прядь о Нафи кончается.

Via: platonicus ex 2

Сказанїе ѡ трїехъ свинїѧхъ.

Во времѧ оно, бѣша Нїфъ-Нїфъ иже ѿ свинїй есть, и два брата егѡ живѧста съ нимъ, ихже имена суть Нафъ-Нафъ и Нуфъ-Нуфъ, иже якоже и братъ ихъ свинїама бѣста. Нїфъ-Нїфъ и Нафъ-Нафъ юродива бѣста, Нуфъ-Нуфъ же бѣ свинъ, премудрости исполненъ. Живѧху же во странѣ добрей, идѣже ядоша былїе травное и ѿ пчелъ сотъ, ни въ чемъ же имуще нужду. Совѣщаше же сѧ, глаголюще, якѡ мы, добраѧ свинїѧ, живуще во странѣ добрей, не имамы нужды, но нѣсть намъ идѣже вселити ближнїѧ нашѧ, и всѧ именїѧ наша. Возрастъ же имамы поѧти себѣ женъ и родити сыны и дщери, имже нѣсть крова, ниже ночлега, ниже престола домовъ нашихъ. Сотворимъ ѹбо себѣ три кущи добли, идѣже вселимся съ женами и чадами нашими и всемъ именїемъ нашимъ. И бысть распрѧ въ братїи, якоже глагола кїйждо ихъ сотворити домъ свой по желанїю своему. И не согласившеся, какѡ подобаетъ сотворити домы своѧ, кїйждо изшедъ, сотвори якоже размышляше въ себѣ. И сотвори ѹбо Нїфъ-Нїфъ кущу изъ плевелъ, Нафъ-Нафъ же из хврастїѧ, Нуфъ-Нуфъ же из каменїѧ созда себѣ домъ.

И бысть, внегда почиваху свинїѧ сїѧ на ложахъ своихъ подъ кровами домовъ своихъ и храплѧху, прїиде въ землю ту Волкъ, ищѧй расхитити именїѧ, ихже не собра и поѧти ѿ скота, егоже не пасе и не воздои. И ѹвѣдевъ ѡ свинїѧхъ сихъ, речѣ въ себѣ поѧсти ѧ. Пришедъ же Волкъ въ варъ дневный къ дому плевелному, въ немже почиваше Нїфъ-Нїфъ, не размышлѧѧ страха смертнагѡ грѧдуща къ нему, дхну вельми ѕѣлѡ на плевелы дома Нїфъ-Нїфова, и сотрясошасѧ стены дому тогѡ и ѡбвалишасѧ, зане не имѣѧху ѡснованїѧ на камени, вси же изъ плевелъ создани бѣша. Внегда же сокрушахусѧ стены домовныѧ, восста Нїфъ-Нїфъ ѿ сна и речѣ: «Ѹвы мнѣ, якѡ не послушахъ ѹвѣщеванїй братїй моихъ, рѣкшихъ мнѣ, якѡ не подобаетъ сотворити домъ изъ плевелъ! Азъ же неразумїемъ моимъ сотворихъ сїе, и что вижду и камѡ бѣжу нынѣ?» И ѿверзшу ѹже Волку пасть свою на поросѧ, избѣже оный свинъ въ предѣлъ брата своегѡ Нафъ-Нафа, Волкъ же гнаше его созади. И воставъ Нафъ-Нафъ ѿ ложа своегѡ, якѡ ѹслыша толкуща брата, ѿверзе. Вшедъ же въ горницу, возгласи Нїфъ-Нїфъ гласомъ велїимъ, глаголѧ: «Ѹвы мнѣ! Якѡ Волкъ лукавый пришедъ, разори именїе мое плевелное и нынѣ грядетъ по мнѣ, ища пожрати мѧ!» И ѿвѣщавъ, речѣ ему Нїфъ-Нїфъ: «Пришелъ еси ко мнѣ погубити и мя съ собою? Обаче не ѹжаснисѧ, ниже ѹбойсѧ, якѡ не изъ плевелъ домъ мой созданъ есть, и не возможетъ Волкъ здѣ яти ны». Еще же има глаголющама, прїиде Волкъ, грѧдый вослѣдъ Нїфъ-Нїфа, и ѡбрѣте домъ изъ хврастїя сложенъ. И разумѣвъ, якѡ два поросѧта сокрываютасѧ въ немъ, паче ѡѕлобивсѧ и взалкавъ, дхну ѕѣлѡ ѕѣлѡ на домъ изъ хврастїя и поколебася (домъ). И дхну паки, и сотрясошасѧ стены и паде домъ, якоже и домъ Нїфъ-Нїфовъ. И ѡбъятъ страхъ велїй свинїѧ та, и излезша изъ хврастна дома, бѣжаста ѿ Волка въ предѣлъ Нуфъ-Нуфовъ, ѕѣлѡ вопїюща, и хрюкающа, занѣже свинїѧ бѧста.

Слышавъ же Нуфъ-Нуфъ шумъ, егоже ѹчиниша братїя егѡ бѣгуща, изшедъ во срѣтенїе има. Ѹзревъ же бѣгство братїй своихъ и ѕѣлѡ ѹжассѧ, речѣ има во срѣтенїе: «Чесо ѹбо неподѡбнаѧ творита? Ѹбо буїа еста, да бѣжита ѿ Волка? Не должно ли вама наипаче сидѣти въ домѣхъ своихъ, егда прїидетъ Волкъ?!»

Она же рѣста ему, якѡ не ѡградиша ѧ домы ихъ ѿ Волка и какѡ падоша (домы), какѡ же бѣгство сотвориста и силы ѹже не имутъ сокрытисѧ ѿ негѡ. И речѣ Нуфъ-Нуфъ: «Внидита ѹбо подъ кровъ дома моегѡ, или азъ не братъ вама есмь?» Внегда же внидоша свинїѧ и затвориша двери дома Нуфъ-Нуфова, иже изъ камене бѣ созданъ, прїиде къ дому Волкъ, алчѧй ѕѣлѡ и ярости преисполненъ еже пожрати поросѧтъ сихъ. Не размысливъ же въ себѣ, якѡ домъ сей изъ камене сложенъ есть, дхну на него. Видевъ же, якѡ ничесоже бысть стенамъ дома, дхну паки и паки. Разумѣвъ же, якѡ не такѡ подобаетъ поѧти поросѧтъ, въ дому семъ таѧщихсѧ, возлѣзъ на кровлю дому сегѡ, мняше пролѣзти дымоходомъ пещи огненныѧ, юже ѹстрои Нуфъ-Нуфъ в дому своемъ да согрѣетъ та вся ближнїѧ егѡ. И слышавше поросѧта, якѡ Волкъ якоже ѕмїй влѣзе въ дымоходъ дому каменнагѡ, егоже созда Нуфъ-Нуфъ премудрый, сотвориша очагъ въ пещи, и огнь возгоревсѧ, ѹмори Волка, той бо пребезумнѣ просуну носъ свой въ пещь и застрѧ въ дымоходѣ, якоже Вїнїй Пухъ, бѣ же Волкъ ѕѣлѡ ѹпитенный. И возрадовашасѧ свинїѧ ѡ избавленїи ѿ Волка, и живѧху вкупѣ въ дому Нуфъ-Нуфовѣ всѧ дни живота своегѡ.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 11 comments