Category: театр

Category was added automatically. Read all entries about "театр".

Ёлки!

10.10.2020. Оперный театр. В прямом значении.

- Название фильма "ДовоД" - центральное слово из римской головоломки: "TENET", "держит". Фамилия "AREPO", не имеющая смысла в латыни, дана художнику, который подделывал картины Гойи (если эти картины просто не пропускали через Турникет, чтобы их стало две вместо одной). Фамилия "SATOR" , "сеятель", дана русскому сталкеру, а позже - олигарху-самоубийце, главному злодею фильма, Андрею Сатору (странно, что его не сделали Георгием!) Слово "ROTАS", "колёса", можно прочесть на логотипах суперхранилища картин, построенного Сатором: здания, которое напоминает в плане несколько концентрических пятиугольных колёс (и пародирует охтинский центр Газпрома). Упущено только одно слово: "OPERA", "с (большим) трудом". Но "с трудом", наверное, зрители понимают головоломки Кристофера Нолана!
- Посмотри же внимательнее! "OPERA" там тоже есть: оперный театр в самом начале! Само здание оперы введено в сюжет ради того, чтобы на секунду ввести в кадр табличку с надписью "Opera"!
- Ёперный ж театр!!! Как же я раньше не заметил?

Занавес.

#Внимание
#довод #tenet
#ОперныйТеатр

Ёлки!

05.08.2019. Бедный беглый бледный бес!

А что, сценарий для комической оперы или для кукольного спектакля: Бледный Беглый Бес выбирает себе в противники трёх самых слабых - Актёра-Плагиатора, Рыцаря-Ренегата и Чью-то Племянницу. Понимает, что проигрывает Плагиатору, снимает его с состязания. Понимает, что проигрывает Ренегату, снимает его с состязания. Понимает, что проиграет даже Чьей-то Племяннице, и по инерции и её снимает с состязания. Остаётся один, но даже у себя самого выиграть не может. 😊

Via: https://www.znak.com/2019-08-05/kandidatu_v_gubernatory_peterburga_vladimiru_bortko_ugrozhayut_otmenoy_registracii?utm_source=vk&utm_medium=social&utm_campaign=targetings-znak&utm_content=nocategory
Мир миру!

15.01.2014. Антония, шекспировский персонаж. Феминистический театр на "Великих Дионисиях".

Феминистический вариант "Венецианского Купца": Антония.
Одну деталь изменили - а как решительно перестроились все конфликты пьесы! Как зазвучали оставленные без изменений реплики Шекспира!

Хотели подробности? Пожалуйста!

Антония влюблена в Бассаньо и мужественно, как подлинная женщина, скрывает свою страсть, не желая мешать его счастью. Она добывает деньги для Бассаньо на путешествие и сватовство к Порции, чтобы тот оценил благородство её чувств. Бассианьо, кажется, вообще о её чувствах не догадывается, с благодарностью принимает деньги и поручительство - и с жаром расписывает Антонии красоту и ум Порции. Антония страдает и повышает ставки: при составлении поручительства включает в него пункт, угрожающий ей смертью - "фунт мяса поручителя". Шейлок проговаривается случайно (хотя и по Фрейду): "Да хоть бы обещали под присягой, что если вы в такой-то срок и там-то такой-то суммы не вернёте мне, я из какой угодно части тела фунт мяса вправе вырезать у Вас..." Антония отвечает: "Отлично! Подпишу и этот вексель! Притом скажу, что ты был очень добр!". Почему "Очень добр?" Потому что Шейлок - её естественный союзник в плане, сводящемуся к желанию пафосно, перед глазами Бассаньо, убиться об какого-нибудь Шейлока.

Шейлок, кстати, не какой-нибудь. Шейлок безнадёжно влюблён в Антонию и даже сам себе в этом не признаётся. Шейлок любой разговор - даже о потере дочери и потере дукатов - сворачивает на "Опять Антония!" Свою страсть - естественно, безнадёжную! - он представляет себе как лютую ненависть. К его удивлению, эта робкая ненависть встречает поощрение: Антония вцепляется в его неуклюжую скабрезность и вписывает её в деловой контракт, а потом делает всё возможное и даже с фаустовской лёгкостью пускает на дно один из своих кораблей для того, чтобы этот контракт не выполнить. О, с каким лицом Шейлок осматривает Антонию, мысленно выбирая фунт мяса! С каким изумлением он узнаёт о её банкротстве! На слова слуги - "Весь город твердит об одном: Антония разорена безусловно. А нам с этого обратно убытки, долг-то она вам теперь отдать не сможет... полмиллиона, значит нажить вам помешала!" - Шейлок, только что демонстративно горевавший о дочери, укравшей у него куда меньшую сумму, неожиданно для зрителя отвечает: "Благодарю Бога!"

Порция, учёная и капризная, принимает сватовство Бассаньо и богатые дары. По лёгкости, с какой Бассаньо эти дары расточает, она догадывается, что имущество не его, и начинает выведывать, чьё оно. "Я деньги взял у друга дорогого, из-за меня он в когти угодил к заклятому врагу!" Этот ответ ревнивую Порцию не устраивает: "Ваш близкий друг в такой беде, скажите?" Тут даже толстокожий Бассаньо начинает что-то чувствовать и юлить: "Ближайший друг! Да! Человек, в котором дух древних римлян больше проявился, чем в ком-либо, в Италии рождённом!" Однако уловка Бассаньо не оправдывает себя: по этому косвенному описанию, умалчивающему о том, кто такая на самом деле Антония, Порция догадывается, что речь идёт о женщине - и, бросая всё, отправляется в Венецию: разбираться.

Финал. Суд. Пафос. Антония и Шейлок против Порции и Бассаньо. Две женщины, решившие выяснить, какая из них круче; двое мужчин, идущих у них на поводу; откровенно комичный дож, который пытается разрешить спор на основании законов и финансовых интересов. Трагифарс.

Антония: "Дай Бог, чтоб увидал Бассаньо, как долг его я заплачу, а там..."
Шейлок: "Мой вексель! Против векселя ни слова! Хочу иметь по векселю уплату!"

Актёры, играющие Антонию и Шейлока, по жизни супруги. На сцене видна согласованность их действий, они даже дышат в такт. Они возражают дожу по-очереди, они возражают Бассаньо по очереди. "Считать её потери, Ваша Светлость?" - "Я Вас прошу окончить это дело".

Бассаньо, загнанный в совершенно безвыходное положение, тоже невольно начинает обращаться к ним обоим - как к единой силе: "Антония, мой друг! Не падай духом! Всю плоть мою скорей получит суд, чем за меня прольёшь ты каплю крови. Возьми втройне и дай порвать мне вексель!" Кто "возьми"? Антония? Кто "дай порвать"? Шейлок? Ага, так они тебе этот вексель и отдадут, хоть за все корабли Венеции! В этом векселе - самое ценное для неё и самое ценное для него: её месть и его страсть. "И не жалей, что друга ты теряешь, как не жалеет он, что платит долг!" - "Таков мой вкус. Моя такая склонность".

И тут учёная Порция, у которой было время понаблюдать за ситуацией со стороны, находит в формулировке контракта слова, позволяющие спасти Бассаньо от вины и позора: "Твой вексель не даёт ни капли крови; слова точны и ясны в нём: фунт мяса. Итак, готовься мясо вырезать, но крови не пролей!"

Пафосный план Антонии летит к чертям. С какой ненавистью Антония смотрит на Порцию! Однако даже проигрывать Антония умеет. В частности - успевает заступиться перед дожем за жизнь Шейлока, вовлечённого в её игру; буквально встаёт между Шейлоком и дожем со стражей (фразу "доволен" Шейлок произносит чуть ли не у неё из-под мышки, чуть ли не из её объятий).

Сокращенную пьесу было бы логично оборвать на пафосном финале, но режиссёр отдельно подчёркивает, что развязка не наступила, сохраняя "Сцену перед пиром". Реплика: "Да пойми же ты простые слова просто!" в этом "ложном финале" звучит издевательством. Главное значение получают именно те ядовитые слова, которые произносятся под занавес:

Антония (очень скупо, выдавливая из себя слова по капле): "Теперь у Вас (пауза) останусь я в долгу до самой смерти!"
Порция (с нарочитым легкомыслием, преувеличивая свою болтливость): "Нет лучшей платы, чем большая радость, а я, освободив Вас, очень рада: корыстней мне бывать не приходилось!"

На репетиции прозвучала режиссёрская ремарка: "И вот тут - пустить какую-нибудь очень фальшивую скрипочку!"

Браво, сестрица!
Браво!
Брависсимо!
  • Current Mood
    "...поёт о коварстве героев и верности крыс!" (с) Юра, музыкант. Песня "Актриса Весна".
Ёлки!

Прочь, непосвященные!

Великолепная дискуссия по поводу акции исаакиевцев в Мариинском театре помогла мне самому ответить на довольно непростой теоретический вопрос.

Этот вопрос задала Александра Касаткина: "Забавно, что критика нынешнего вида здания идет не в искусствоведческих терминах, а в бытовых и даже прямо скажем в виде простого обругивания... между тем здание представляет определенное направление в архитектуре и явно что-то хотело сказать..."

Итак, что хотел сказать горожанам автор проекта, архитектор здания?

Ранее я предполагал, что это образец клептоампира, в котором эстетизированы отрицательные величины: как в христианском предбарочном искусстве уродство и увечье тела свидетельствует о совершенстве и красоте в мире ином, как в хасидизме недостаток оборачивается достоинством, так и в клептоампире запечатленная в камне и стали кража стройматериалов свидетельствует о возведении из них прекрасного особняка в потустороннем мире, скрытом от непосвященных дачным забором. Даже, каюсь, прислушивался к людям, распускавшим слухи о том, что здание на самом деле не было достроено, и доводилось до ума на скорую руку. Но теперь я прозрел и, кажется, понял главную идею архитектора.

Эта идея - идея избранности.
"Прочь, непосвященные!"

Театр - храм искусств. Опера - высшее из них. Приличный человек отличается от неприличного тем, что ходит в оперу. Сегрегация происходит естественным путём, через приобщение к прекрасному, доступному лишь немногим. Поэтому идея, заложенная в облике театра, - идея красоты, сокрытой от непосвященных.

Как выразить, что один и тот же предмет может представать и прекрасным, и безобразным в зависимости от того, кто на него смотрит?
Как показать, что человек, побывавший в опере, выходит оттуда облагороженным, очищенным душой и телом?
Именно так: обыграв противоречие двух точек зрения: снаружи ("точка зрения профана") и изнутри ("точка зрения посвященного"). Точка зрения первого - снизу вверх: на здание, отталкивающее, подавляющее и пугающее его, поглотившее несколько мелких домов и чуть ли не публично пережевывающее остатки их стен. Точка зрения второго - сверху вниз, на прекрасный город, лежащий у его ног, и именно с этой точки зрения здания не видно. Первые могут увидеть подлинный облик города с замечательной точки обзора, вторым же чувство прекрасного недоступно, - и архитектор напоминает им об этом: "Пока вы не войдёте в театр, вы неполноценны, и вы будете видеть только сарай - и ничего более!"

Теперь я понимаю, что хотел сказать архитектор нынешнего здания своим вдохновенным творением: он хотел показать, как именно сливки общества отделяются от общества.

Идея не нова: намёки на неё появились ещё в модерне, который решительно отверг построение дома "снаружи внутрь", "от фасада к интерьеру", и начал конструировать пространство "изнутри наружу", от воли заказчика - к форме строения, явленного своей внешней стороной тем людям, которые архитектору не заплатили. Сходные мысли высказывал и Анатолий Собчак, эталон петербургской интеллигентности, призывавший разделить городские пространства на общедоступные окраины и центр, отведённый высшему обществу. Если проект Политина подстраивает театр под облик окружающих его домов и пытается вписать здание в ансамбль, как это было принято в скучном, казённом Петербурге до эпохи модерна, то нынешний вид здания не только взрывает этот ансамбль, но и сохраняет его в себе, но - лишь для тех, кто смотрит изнутри. Это - идея приватизации в её предельном воплощении; попытка приватизации не муниципального имущества, не мёртвых камней, а самого зрения, самой способности видеть.

Любой, созерцающий элиту снаружи, поражается её жестокости, уродству и чванству, однако стоит человеку войти в эту элиту - и он начинает видеть её красоту изнутри, и это зрелище так захватывает его, что он уже не может вернуться к прежнему дикому состоянию. Представляющие политическую или иную элиту "чёрной дырой" не правы: внутри эта чёрная дыра искрится миллионами лучей, но никто не может рассказать об этом, потому что оттуда никто ещё не возвращался. В этом элитарность подобна самой Смерти.

Лишь элита, глядящая на мир изнутри и сверху, способна не только выбирать собственную точку зрения, но и отстаивать её. Именно поэтому она и элита. Прекрасное - удел сильных, а исключительный доступ к прекрасному - свидетельство силы. Победивший получает всё, и ему не важно, каким видят его побеждённые снаружи: изнутри он видит свои трофеи красивыми.

Искренне благодарю сотрудников Пушкинского Дома, указавших мне на то, какой прекрасный вид открывается со здания второй сцены Мариинского Театра на остатки городских ансамблей. Без этой подсказки я бы, наверное, никогда не додумался.
  • Current Mood
    "Профаны, ешьте прокул!" (с)
Ёлки!

03.01.2013. Маресьевская дружина.

Теперь я знаю, что такое "древнерусская княжеская дружина имени Маресьева".

"Древнерусскую конницу" славная фирма "Звезда" выпустила так мерзко, что посадить всадника на коня и закрепить фигурку штырями можно было лишь сломав несчастному всаднику одну из ног.
Поскольку я сам набор заблаговременно не собрал, а сразу отдал его юнгам "Форпоста", около трети всадников остались без ног, после чего их, поминая Пелевина, окрестили "маресьевцами".

Тогда же узнал, что про Маресьева написали оперу, причём написал эту оперу сам Прокофьев в 1948 году, по свежим следам "Повести о настоящем человеке" 1946 года.
Оперу я не слушал, а если и прослушаю - не пойму. Могу оперировать только датами, отзывами и интуицией мифлогоразведчика.

Интуиция мифологоразведчика подсказывает, что между б) Полевым и в) Пелевиным было ещё что-то значительное, кроме Дара Вейдера и советского авиамоделизма.

По отзыву из Википедии опера, написанная в эпоху сталинского ампира ("ампир есть стиль, в котором после победоносной войны не знают, куда девать награбленные сокровища, и вешают их всюду, куда дотянутся"), кажется постмодернистской и нацеленной на разрыв шаблона.
По отзыву очевидцев, советских людей, уже рождавшихся с фигой в кармане, опера получилась редкостной вампукой, и вместо катарсиса ("Как хорошо, что это не я!") дала смех ("Как весело глядеть со стороны на людей СССР!")

По датам - самое интересное:
К сочинению оперы Прокофьев приступил в октябре 1947 года и закончил ее в августе 1948 года. Закрытый просмотр состоялся 3 декабря 1948 года в ленинградском Театре оперы и балета им. С. М. Кирова. Спустя двенадцать лет, 7 октября 1960 года, премьера «Повести о настоящем человеке» была показана в Большом театре Союза СССР. При этом либреттист М. А. Мендельсон-Прокофьева совместно с постановщиком внесли в либретто ряд изменений; действие стало более концентрированным, динамичным. Были произведены некоторые сокращения. В этой редакции опера имела большой успех и была поставлена в Национальном театре Чехословакии в Праге.
[Читаем через увеличительное стекло:]В 1948 году Прокофьев подвергся разгромной критике за формализм. Его 6-я симфония (1946) и опера «Повесть о настоящем человеке» подверглись резкой критике, как не соответствующие концепции социалистического реализма. Если 6-я симфония со временем получила признание прокофьевского шедевра, то «Повесть о настоящем человеке», опера нестандартная и экспериментальная, остается недооцененной; полная версия оперы не ставилась на сцене и не записывалась.


И это жаль: история вполне мифологическая, а оперу как жанр уже примерно полтора века не жалко.

В общем, у кого там был театр "Мофф" "Морф" для таких целей?
Горзаказ.
  • Current Music
    За подписью Гривуса и Вейдера, пилотов-маресьевцев.
Ёлки!

02.03.2013. Театр начинается с вешалки.

- Как пройти в театральную студию?
- Войдите в салон "Меха" и попросите охранника открыть для вас потайную лестницу. Лестница приведёт вас в свадебный салон, не пугайтесь этого. За одной из драпировок будет дверь в комнату. Сверьте цвет обоев и кресел с нарядом леди Даскалиди, если они совпадут - это правильная реальность. Если не совпадут - загляните за другую портьеру, до результата.

Комментарий менеджера по связям с реальностью: http://festino.livejournal.com/107619.html
  • Current Music
    Будьте осторожны: найти лестницу до завершения занятия у вас всё равно уже не получится.
Ёлки!

Карго-культурист.

"Карго-культом" называют копирование внешних признаков с целью добиться структурного подобия. Карго-культ является ложной тактикой (исключая театр, литературу и кинематограф, в которых ту же тактику называют "стилизацией" и используют для достижения "подобия структурного подобия", что уже гораздо реальнее).

Карго-культов много, большую часть мы помним. Устрой полувоенный монастырь по образу и подобию ливонских псов-рыцарей, привесь им песьи головы к сёдлам - и получишь видимость ливонской преданности и верности. Обрей населению бороды и запихни их в немецкой платье и шведские дома - получишь видимость миролюбия, веселья и процветания. Сущность - не получишь, но сам себя убедишь, что всё получилось.

Совокупность карго-культов даёт карго-культуру. Карго-культура - почти настоящая культура, ролевая по своей сути. Её достижения, кстати, не всегда прокольны, а иногда и прикольны: подражание форме греческого театра, оторванного от культов, дало оперу; подражание внешнему поведению типичных персонажей с целью почувствовать их ощущения превратилось в целую актёрскую школу, "систему Станиславского".

Сила и слабость Прохорова - в том, что он - карго-культурист. Он говорит (и, пожалуй, считает), что стоит стать жестокими и бесчувственными, как прославленные капиталисты, - и богатство и власть сразу придут сами собой. Благодаря своему карго-культуризму как актёр Прохоров будет успешен, а как политик - нет.